гости

Журнал Санкт-Петербургский университет ISSN 1681-1941 /

В Усть-Рудицу, Вода в речке ледяная, алкая на дворе — крышка мая. Ключевая, подобает быть… дамочки взвизгивали, нащупывая ногой песчаное дно среди складных камней, а дяди охали — когда, закатав брючины пискливее колен, преодолевали полно резвое течение. Охали, однако усмехались, даже подшучивали. Девушкам-студенткам повезло знатнее иных — юные кавалеры с готовностью подставляли горбы и рамена, дабы передвинуть их на тот сохранял.… А до мишени было уже лапой подать — метров двести, алкая мы об этом и не осведомили в тот момент. Оставалось итого возвыситься на взгорок. Речка Рудица была остатним препятствием на длинном пути к усадьбе Ломоносова. Идея экспедиции с самого приступила была романтичной и довольно авантюрной. Ее высказал Евгений Олегович Калинин, заместитель декана Химического факультета по интернациональным делам: вручайте отправимся в Усть-Рудицу. Там, в собственной усадьбе (сейчас это Ломоносовский зона Ленинградской области, а тогда был Копорский уезд Ингерманландской губернии) великий ученый отгрохал фабрику по изготовлению цветного стекла и смальт для мозаики. «Желаю я к пользе и славе Российской империи завесть фабрику делания изобретенных мною пестрых стекол…», — строчил М.В.Ломоносов в своем прошении в Сенат в октябре 1752 года. А уже весной 1753-го в рапорте мануфактур-коллегии сообщал: «…майя 6 числа в Коважской мызе близ деревни Усть-Рудица заложена мною фабрика». Это событие сотворилось гладко 245 лет назад. что выглядит усадьба Ломоносова нынче? В экспедицию отправились химики, географы, биолог, математик, администратор, студенты, преподаватели, журналисты — итого человек пятнадцать. Химиков было знатнее всех: Татьяна Николаевна Севастьянова, доцент кафедры всеобщей и неорганической химии, пригласила в поход группу студентов — тех, кто внимает ее курс «Выдающиеся химики Петербурга». Студентам любопытно: одно задевало по книжкам и конспектам проходить биографии великих, и ничуть прочее — самим ходить по лесам в розысках усадьбы средины XVIII века. Проводником у нас был профессор Дмитрий Владимирович Осипов, директор Биологического НИИ, наметанный натуралист и путешественник, отменно грамотный окружности Петергофа и Ломоносова. От общежитий Петродворцового учебно-научного комплекса до Усть-Рудицы мы добирались часа три, не мелкотравчатее. Александр Владимирович Николаев, директор Дворца культуры и науки СПбГУ , не итого подготовил план экспедиции, однако и сам отправился вкупе с нами. Вначале ехали по шоссе, чрез Ораниенбаум и здоровую Ижору, отдаленнее скатали на бетонку. В пути знакомимся, проходим мишень нашего странствования. Дмитрий Владимирович Осипов разворачивает доскональную карту района, демонстрирует, куда мы передвигаемся и где мы сейчас. сотрясает изрядно — значит, шоссе уже закончилось. Во времена Ломоносова стези вряд ли были славнее — алкая за ними ударяли и даже сызнова строили, дабы приспособить для транспортировки этакого хрупкого груза, что стекло. Императрица Елизавета Петровна в марте 1753 года пожаловала М.В.Ломоносову несколько деревень с 226 душами мужского пустотела и 9000 десятин земли в этих местах. Для устройства завода и усадьбы из полно широкого поместья ученый избрал самую мелкотравчатую деревню Усть-Рудицу. отчего? тут обилие проточной воды и речной песок для производства стекла и смальты. А усадьбу он нашел там, где две речки — быстротечная сквозистая Рудица и медлительная Черная — сливаясь, образуют реку Коваши. В стезе вспоминаем, кто что знает, о мозаичных работах Ломоносова, о его пристрастии производством цветных стекол и смальты. Неправо о штуках те мерекают, Шувалов, кои Стекло чтут жирнее Минералов, не мелкотравчатее прок в нем, не мелкотравчатее в нем краса… Это строки из именитого «Письма о пользе стекла… Ивану Ивановичу Шувалову». Сохранилось любопытное предание о том, что они были стряпаны. раз на званом обеде у камергера Ивана Ивановича Шувалова некий щеголь заприметил Ломоносову: «Отчего у Вас пуговицы на кафтане хоть и стеклянные, однако немодные?» Ученый в ответ произнес горячий панегирик стеклу — о его пользе для науки, искусства, рукомесла, повседневной жизни. Пылкое выступление ученого произвело здоровое впечатление на всех — оно заканчивалось присягой до шабаша дней своих таскать итого стеклянные пуговицы. отметив, что в словах ученого сочеталась нерушимая дума и экспрессия, хозяин дома предложил Ломоносову сформулировать свои мысли и ощущения в поэтической фигуре — что тот и сделал. Затем уже слова похвальны оставляю, и что об нем строчил, то делом начинаю… Эти слова «делом начинаю» сочинялись им в 1752 году, в самый пыл хлопот о собственной фабрике цветного стекла, — уникальном предприятии, в коем сочетались масштабы фабричного производства, изыскания научные и хозяйственно-потребные. За десять лет Ломоносов и его ученики создали 43 мозаичных портрета и картины (включая знаменитую «Полтавскую баталию» для Петропавловского собора, портреты Петра I, Александра Невского, Екатерины II, графа Г.Г.Орлова и другие) — 22 из них доколь не найдены. По мере удаления от города стезя всё ухудшается: асфальт кончился, едем проселком, затем трясемся по колеям и рытвинам «до-ро-ро-жень-ки лесной-ой-ой». один-одинешенек участок пути особливо труден: гать чрез болото. неплохо, трясина не зверски знатная — с разгону проскочили! однако вскоре пришлось встать — бревно перегородило линия. Дмитрий Владимирович указывает течение — нынче влево чрез лес. отдаленнее идем пешедралом. Цепочка «туристов» растянулась на сотню метров. По нраву далеких деревьев видать, что спереди — река, алкая ее еще не разглядеть. Вдалеке виданы высоченные лиственницы — им по крайней мере лет 200. А вот и поток шумит внизу. Разуваемся — и в воду. иного пути к мишени нет… Тот сохранял крутой и скользкий, однако мы карабкаемся, стремительно обсыхаем и поспешаем отдаленнее, в горку. И вот — очувствовались, наконец. Пространство мы победили — нынче нас с Ломоносовым разделяет итого пора, 245 лет. Даже не верится, что мы в Усть-Рудице, где 6 мая 1753 года великий ученый заложил фабрику по изготовлению цветного стекла и смальты. настолько этот — нынешний — лес не похож на тот, ломоносовский. Тогда тут было шумно — все лето вовсю перлось постройка фабрики и усадьбы — а нынче затишье, ни дави. Лишь пичуги какие-то тренькают безусловно ветерок шевелит ветки. Мы единые посетители этого «музея» под разинутым небом. итого четырехгранная стела с лаконичной надписью «Здесь ломил М.В.ЛОМОНОСОВ. 1753–1765» — в глухом лесу, под двумя вековыми дубами — итого она свидетельствует: мишень завоевана. Гранитная плита в основании обелиска заросла мхом. патетичная мурава кругом — ни дорожки, ни следов… Нам здорово повезло — мы залпом вышли к фокусу усадьбы. Дмитрий Владимирович Осипов запоздалее сознался, что случался в этих округах ранее неоднократно, однако перво-наперво не мог найти обелиск… Тут же, под дубом, он прочел нам небольшую лекцию о Ломоносове, его фабрике и усадьбе. Рассказал о том, что Ломоносов запрудил тут Рудицу, поставил мельницу, лесопилку, плавильные печи и взялся из песка изготавливать стекло и смальту — по своим рецептам. Оказывается, в половине XVIII века искусством мозаики гремели итальянские мастера, кои хранили секреты приготовления смальт в строжайшей тайне. Ломоносов проделал тысячи экспериментов и добился того, что полученные им смальты были насыщеннее и прекраснее итальянских. Это признали в тогдашней Мекке мозаичного искусства: в «Ученых Флорентийских ведомостях», в статье, датированной 12 марта 1764 года (за год до смерти Ломоносова), сообщалось, что русский ученый «приготовил все необходимые цвета для эдакий мозаики, кои, будучи сопоставлены с римскими, попали не уступающими им ни в чем…» — Стеклярус тогда был в большущий цене у модниц Петербурга, однако его ввозили из Голландии. Ломоносов сделал замену ввозу, скучил цены и завоевал преимущество на российском базаре. Уже чрез год после закладки, к лету 1754 года, фабрика приступила выдавать продукцию! Продукцию социально ориентированную — она расхватывалась красотками вмиг. По тем временам это был натуральный инновационный бизнес-проект — настолько, в теперешних терминах, профессор Д.В.Осипов обрисовал новаторство Ломоносова. Дмитрий Владимирович демонстрирует план усадьбы, а нынче кругом итого лес. Никаких результатов, увы… После смерти Ломоносова фабрика была захлопнута, усадьба отошла к его правнукам, запоздалее — к Раевским, отдаленнее — к Орловым, и наконец — к правнукам князей Гагариных. В 1919 году, когда Юденич наступал на Петроград, усадьба была разгромлена, центральное дом сгорело. Во пора Великой Отечественной войны тут шел передний кромка обороны Ораниенбаумского плацдарма — деревня Усть-Рудица и оставшиеся строения бывшей усадьбы Ломоносова были буквально стерты с рыла земли. В 1949–1953 гг. пять летних сезонов тут трудилась археологическая экспедиция Академии наук СССР под руководством академика В.В.Данилевского. Она нашла месторасположение фабрики Ломоносова (тогда и была введена гранитная стела). Археологи нашли размеры, конфигурацию, направление сооружений усадьбы, нашли вагон предметов: шматков смальты, цветного стекла, бисера — всей той «галантереи», что звал эти изделия Ломоносов. Найденные архивные документы позволили воссоздать картину деятельности фабрики в Усть-Рудице — первого в России предприятия, где изготавливали смальту для мозаичных работ. что мы с изумлением разнюхали, эта усадьба связана еще с одним великим именем — с Пушкиным. стихотворец заезжал сюда в гости к Николаю Раевскому (младшему сыну генерала Раевского, владетеля усадьбы). И если поэму «Руслан и Людмила» Пушкин взялся сочинять, приметив каменную голову в парке «Сергиевка» (где размещен Биологический НИИ), то Усть-Рудица, по версии профессора Д.В.Осипова, связана с финалом той же поэмы. На дрожу реки Черной мы приютились на роздых у сломанного деревянного моста. И Дмитрий Владимирович пробежал нам строки Пушкина о том, что Руслан, возвращаясь домой с Людмилой, гостит у Ратмира — а тот, если помните, метнул ратную службу и все позабыл, повстречав белокурую чухонку. Пастораль, затишье, речка — эти атрибуты «пришли» в поэму Пушкина отсюда, из этих мест, почитает профессор Д.В.Осипов… Лес, вырастающий на месте усадьбы Ломоносова, мы исследовали, сколько смогли за задевай. И ретировались оттуда не с порожними дланями. Наш фотокорреспондент Сергей Ушаков нашел кирпич, на облик весьма древний, со стертыми концами. А Евгений Калинин нашел горлышко от стеклянного пузырька — ручного литья, что он нашел. Первые экспонаты для предбудущего музея трескать! И природно, возник тары-бары о перспективах Усть-Рудицы. — Можно привлечь археологов, дабы раскопать и означить фундаменты зданий усадьбы, — предложил Евгений Калинин. — А перво-наперво вкупе со студентами надобно расчистить территорию, — дополнила Татьяна Николаевна Севастьянова. — Еще можно провернуть тут палаточный городок — и коротать неодинаковые конкурсы ремесленников, к образцу. Желающих найдем видимо-невидимо, — почитает Жанна Соломина, старший преподаватель кафедры страноведения и международного туризма Факультета географии и геоэкологии. — этакая труд может стать существенным вкладом ученых Университета в подготовку предложений к плану мероприятий празднования 300-летия М.В.Ломоносова в 2011 году, — подытожил профессор Д.В.Осипов. Идей вагон. особливо величаво то, что — что показала наша экспедиция — универсанты готовы зачислить деятельное участие в воссоздании усадьбы в Усть-Рудице.   Евгений Голубев Фото Сергея Ушакова